Созвездие пса (2026) 2 (, США) смотреть фильм онлайн
Всё изменилось после того вируса. Он пришёл тихо, без предупреждения, и за несколько месяцев забрал почти всех. Города опустели, дороги заросли травой, а небо стало непривычно чистым — без самолётов, без дыма, без шума. Те, кто остался, быстро поняли: теперь опасность не только в болезни. Гораздо страшнее живые люди, которые решили, что в этом новом мире можно брать всё, что плохо лежит.
Хиг когда-то был пилотом. Летал на грузовых рейсах через весь континент, возвращался домой к жене, к нормальной жизни. Теперь от той жизни не осталось ничего. Жена умерла одной из первых, когда вирус ещё только начинал называться пандемией. Дочь он потерял чуть позже — её забрали мародёры, когда она пыталась донести воду до их убежища. С тех пор Хиг почти не говорит. Слова стали слишком тяжёлыми, слишком пустыми.
Он живёт на заброшенном аэродроме где-то в Колорадо. Старый ангар с покосившейся крышей стал домом. Рядом с ним — Бэнгли, бывший морской пехотинец, молчаливый и жёсткий, как ржавый нож. Бэнгли не любит лишних разговоров, но умеет держать периметр. Если кто-то приближается слишком близко, он замечает первым. А если дело доходит до стрельбы — не промахивается.
И есть ещё пёс. Просто Пёс, без клички. Большой, лохматый, с умными глазами. Он появился сам — пришёл к ангару через несколько месяцев после того, как всё рухнуло, и с тех пор не ушёл. Спит у ног Хига, ест то же, что и люди, предупреждает о чужих задолго до того, как их можно увидеть. Для Хига этот пёс — последнее живое существо, которое смотрит на него без страха и без жалости. Просто смотрит. И этого хватает.
По ночам они втроём сидят у небольшого костра внутри ангара. Дрова давно закончились, жгут старые ящики и обшивку от фюзеляжей. Пламя маленькое, но тёплое. Хиг иногда достаёт из кармана фотографию — смятую, выцветшую. На ней он, жена и маленькая девочка смеются на фоне самолёта. Он долго смотрит на снимок, потом прячет обратно. Бэнгли делает вид, что ничего не замечает. Пёс кладёт голову ему на колени и тихо вздыхает.
Днём они проверяют ловушки, собирают то, что можно съесть, чинят старый самолёт в дальнем углу ангара. Не потому что собираются куда-то улететь — топлива почти нет, да и взлётная полоса давно потрескалась. Просто работа помогает не сойти с ума. Руки заняты, мысли тоже. Иногда Хиг садится в кабину, трогает штурвал, закрывает глаза и на несколько минут возвращается в прошлое. Там ещё есть небо, есть маршруты, есть смысл.
Но потом он открывает глаза. Вокруг снова ржавчина, пыль и тишина. Пёс сидит рядом, смотрит внимательно. Хиг гладит его по голове и говорит тихо, почти шёпотом:
— Всё нормально, старик. Мы ещё здесь.
И они идут обратно в ангар. Втроём. Потому что в этом мире, где почти ничего не осталось, у них есть друг друга. А это уже больше, чем у многих.
Хиг когда-то был пилотом. Летал на грузовых рейсах через весь континент, возвращался домой к жене, к нормальной жизни. Теперь от той жизни не осталось ничего. Жена умерла одной из первых, когда вирус ещё только начинал называться пандемией. Дочь он потерял чуть позже — её забрали мародёры, когда она пыталась донести воду до их убежища. С тех пор Хиг почти не говорит. Слова стали слишком тяжёлыми, слишком пустыми.
Он живёт на заброшенном аэродроме где-то в Колорадо. Старый ангар с покосившейся крышей стал домом. Рядом с ним — Бэнгли, бывший морской пехотинец, молчаливый и жёсткий, как ржавый нож. Бэнгли не любит лишних разговоров, но умеет держать периметр. Если кто-то приближается слишком близко, он замечает первым. А если дело доходит до стрельбы — не промахивается.
И есть ещё пёс. Просто Пёс, без клички. Большой, лохматый, с умными глазами. Он появился сам — пришёл к ангару через несколько месяцев после того, как всё рухнуло, и с тех пор не ушёл. Спит у ног Хига, ест то же, что и люди, предупреждает о чужих задолго до того, как их можно увидеть. Для Хига этот пёс — последнее живое существо, которое смотрит на него без страха и без жалости. Просто смотрит. И этого хватает.
По ночам они втроём сидят у небольшого костра внутри ангара. Дрова давно закончились, жгут старые ящики и обшивку от фюзеляжей. Пламя маленькое, но тёплое. Хиг иногда достаёт из кармана фотографию — смятую, выцветшую. На ней он, жена и маленькая девочка смеются на фоне самолёта. Он долго смотрит на снимок, потом прячет обратно. Бэнгли делает вид, что ничего не замечает. Пёс кладёт голову ему на колени и тихо вздыхает.
Днём они проверяют ловушки, собирают то, что можно съесть, чинят старый самолёт в дальнем углу ангара. Не потому что собираются куда-то улететь — топлива почти нет, да и взлётная полоса давно потрескалась. Просто работа помогает не сойти с ума. Руки заняты, мысли тоже. Иногда Хиг садится в кабину, трогает штурвал, закрывает глаза и на несколько минут возвращается в прошлое. Там ещё есть небо, есть маршруты, есть смысл.
Но потом он открывает глаза. Вокруг снова ржавчина, пыль и тишина. Пёс сидит рядом, смотрит внимательно. Хиг гладит его по голове и говорит тихо, почти шёпотом:
— Всё нормально, старик. Мы ещё здесь.
И они идут обратно в ангар. Втроём. Потому что в этом мире, где почти ничего не осталось, у них есть друг друга. А это уже больше, чем у многих.
Читать далее...
Всего отзывов
0